Новости

ЭХО МОСКВЫ: ПРОБЛЕМЫ РЫБОХОЗЯЙСТВЕННОГО КОМПЛЕКСА СТРАНЫ

С. БУНТМАН: Ну что же, мы продолжаем «Разворот», Алексей Воробьев, Сергей Бунтман ведут сегодняшнюю программу. У нас в гостях Андрей Крайний, руководитель федерального агентства по рыболовству. Здравствуйте, Андрей Анатольевич.

А. ВОРОБЬЕВ: Добрый день.

А. КРАЙНИЙ: Добрый день.

С. БУНТМАН: Сегодня опять пришло очередное сообщение о задержании, под каким флагом шла шхуна?

А. ВОРОБЬЕВ: Под панамским, по-моему.

С. БУНТМАН: Под панамским флагом шли.

А. ВОРОБЬЕВ: И смотрите, там главная история сегодняшнего дня состоит вот в чем. В Петропавловске-Камчатском началось рассмотрение уголовного дела в отношении капитана японской рыболовной шхуны «Хосин Мару 88», помните, это известная скандальная история с привлечением международного суда, который не в нашу пользу вынес решение или частично. Что там?

А. КРАЙНИЙ: Частично. Мы больше требовали, чем присудил суд, если так в двух словах буквально.

А. ВОРОБЬЕВ: Больше, чем в два раза, больше требовали?

А. КРАЙНИЙ: Да, на наш взгляд, наши подсчеты были абсолютно объективны, хотя есть некие правила международные. Сказать откровенно, до вынесения этого решения мы знали о том, что оно будет вынесено, скажем так, не совсем в нашу пользу, т.е. не в полном объеме наши требования будут учтены. Есть практика международная. В чем, собственно, вопрос-то состоит?

С. БУНТМАН: Смотрите, очередной, это что, такая рутина жизни международной рыболовецкой жизни, это рутина, которая существует между всеми странами, которые занимаются рыболовством?

А. КРАЙНИЙ: Вы знаете, за все страны не скажу, не готов, что называется, вопрос не по зарплате, если говорить о РФ, у нас бывают проблемы в отношениях с норвежской стороной достаточно часто, мы по-разному просто смотрим на один и тот же предмет. И у нас бывают проблемы на Дальнем Востоке, пожалуй, на Дальнем Востоке клубок проблем, но, скажем, японские браконьеры или южно-корейские браконьеры сегодня, уж не знаю, к счастью или к сожалению, но это малая толика тех проблем браконьерских, которые сегодня есть на Дальнем Востоке. Увы, самые страшные, самые главные браконьеры – это мы сами сегодня на Дальнем Востоке.

С. БУНТМАН: На Дальнем Востоке меньше, чем год назад, об этом и говорили во Владивостоке, очень многие об этом говорят, это очень, действительно, запутанная проблема, давайте сразу напугаем слушателей цифрами. Сколько Россия теряет из-за браконьерства разных видов?

А. КРАЙНИЙ: Давайте так. По Дальнему Востоку у нас примерно, никто не знает точных цифр, абсолютно никто, примерно мы теряем в незаконном вылове и вывозе на территории сопредельных стран 1 млн. тонн рыбы и рыбопродукции. Минэкономразвития считает, что потери нашего бюджета составляют 1 млрд. долларов.

С. БУНТМАН: 1 млрд. долларов?

А. КРАЙНИЙ: Да, на мой взгляд, эту цифру я бы умножил на 2, на 2.5.

С. БУНТМАН: Это только Дальний Восток?

А. КРАЙНИЙ: Это только Дальний Восток. Достаточно сказать, помните, наверное, очень много было шума в конце июля – начале августа, что у нас не будет осетровой икры теперь, черной, на прилавках. Речь шла только о том, что мы поправками к федеральному закону уничтожили само понятие конфиската. Т.е. как бывало раньше, образовывалась мгновенно преступная цепочка. Вы, скажем, браконьер, Алексей – милиционер, а я фирма, уполномоченная РФФИ продавать конфискат.

С. БУНТМАН: Хорошо устроились, я, конечно, хуже всех.

А. КРАЙНИЙ: Это неважно, на самом деле, мы все в одинаковых долях, что называется.

С. БУНТМАН: Понятно.

А. КРАЙНИЙ: Т.е. вы ловите…

А. ВОРОБЬЕВ: Милиционер хуже, чем браконьер, поверь мне.

А. КРАЙНИЙ: У всех одинаковое количество процентов в этой сделке. Т.е. вы ловите осетра незаконно, самостоятельно приходите к милиционеру, говорите – Вася, я тут поймал, был грех, будь любезен, передай Пете, который у нас торгует конфискатом, выдавалась справка милиционером Васей о том, что, действительно, задержан конфискат, с вас брали штраф какой-то, совершенно сумасшедший, 2 тыс. руб., скажем, или 3. И этот Петя в качестве уполномоченной фирмы Российским фондом федерального имущества под одну справку на, условно говоря, 100 кг, пропускал под эту справку тонну, две, три, пять. И всякий раз, когда проходили проверяющие, у него была справка, что он именно этими 100 кг торгует. Так вот, оборот нелегальный черной икры и осетровых по Волго-каспийскому бассейну, по нашим данным, 1 млрд. долларов в год. Так вот, этот оборот был прекращен с 1 августа. Закон пробивали два года. Было пять поручений президента страны по этому закону конкретному. Этот закон теряли, завизированный всеми ведомствами. Он исчез однажды, он растворился в воздухе.

А. ВОРОБЬЕВ: Где именно он исчез?

А. КРАЙНИЙ: В коридорах, уж в каких, знаете, я не готов сказать, я не прокурор.

А. ВОРОБЬЕВ: Завизированный уже всеми ведомствами?

А. КРАЙНИЙ: Всеми ведомствами согласованный, да. И где-то на переезде, на перевозе или в одном из кабинетов, никто не знает, его потом перевизировали, конечно, но, тем не менее, сам факт показательный.

С. БУНТМАН: Значит, там не только мы втроем существуем. Значит, там еще…

А. КРАЙНИЙ: 1 млрд. долларов.

С. БУНТМАН: Какие-то хорошие звенья этой цепочки.

А. КРАЙНИЙ: Совершенно справедливо. Когда-то при прежнем составе кабинета министров, прежнему председателю правительства предложили ввести такой закон, и он то ли в шутку, то ли всерьез сказал – в этом случае я опасаюсь за свою жизнь. Это был такой покойный губернатор Астраханской области Гужвин, он предлагал. И предыдущий председатель правительства сказал – я опасаюсь за свою жизнь. Это чтобы вы понимали, о каких цифрах идет речь, о каком уровне лоббирования идет речь.

А. ВОРОБЬЕВ: Это Касьянов сказал, опасаясь за свою жизнь, получается так?

А. КРАЙНИЙ: Да.

С. БУНТМАН: Да.

А. КРАЙНИЙ: Это было четыре года назад.

С. БУНТМАН: Четыре года назад. Смотрите, сейчас вы считаете, что действенно будет? Во-первых, бюджет сможет ли от этого выиграть? Будет ли, действительно, легальная икра, будут ли осетровые легальные? Будет ли это доступно? И что это даст сейчас? Цепочку нашу с вами втроем эту оборвали. Может выстроиться другая какая-то цепочка.

А. КРАЙНИЙ: Если говорить об осетровых, то икра доступна не будет. Легально сегодня мы производим порядка 7 тонн икры, легальной, на заводах, где мы занимаемся товарным, выращиваем осетровых. Мы, кстати сказать, владеем уникальной технологией прижизненного взятия икры у осетров, т.е. мы осетров не убиваем, когда берем икру, на заводах.

С. БУНТМАН: Т.е. они как бы нерестятся?

А. КРАЙНИЙ: Они как бы нерестятся, мы у них берем реально совершенно икру, самки потом после этого живут и еще раз способны забеременеть.

С. БУНТМАН: Т.е. мы как-то контролируем естественный процесс, да?

А. КРАЙНИЙ: Да, но ведь только то, что касается осетровых. Икра не должна быть, черная, доступна, это не тот товар. И мне всегда было странно, когда приходишь на рынок, не знаю, Дорогомиловский, условно говоря, и вы видите, торгуют продуктом, который мало того, что дороже золота, он, наверное, дороже бриллиантов по цене на вес, если брать. Но никто не торгует бриллиантами на рынке. А икру…

С. БУНТМАН: В баночках.

А. КРАЙНИЙ: Да, в баночках, а черную икру продают на рынках какие-то люди сомнительного вида, в общем, с не очень чистыми руками. Это довольно странно. Поэтому икра должна продаваться, на мой взгляд, только в магазинах специализированных. Кстати сказать…

С. БУНТМАН: А какой процент, кстати, в магазинах, нормальный магазин, спускаешься сюда, вниз, «Новоарбатский», «Седьмой континент», стоят разные черные икры в приличных упаковках, стеклянные, все себе это представляют, хотя бы в кино, представляют, как выглядит.

А. КРАЙНИЙ: Можно зайти в магазин и посмотреть.

С. БУНТМАН: Да, как выглядит черная икра. Нет, как это выглядит все, все вроде бы… какой там процент легального?

А. КРАЙНИЙ: 95% нелегальный.

С. БУНТМАН: 95 нелегальный?

А. ВОРОБЬЕВ: В этих сетевых больших супермаркетах?

А. КРАЙНИЙ: Нелегальный 95%. Вы просто подсчитайте, если у нас легальной икры 7 тонн примерно в год, в год 7 тонн, в стране живет 145 млн. человек, разделите.

А. ВОРОБЬЕВ: 142 уже.

А. КРАЙНИЙ: 142, хорошо.

С. БУНТМАН: Больше икры, чуть-чуть больше икры.

А. КРАЙНИЙ: На две икринки будет больше, да. Даже если поставлять только в Москву икру и больше никуда, считайте, т.е., на наш взгляд, нужна монополия на осетровых, жесточайшая государственная, мы сделали первый шаг, мы запретили торговлю конфискатом.

А. ВОРОБЬЕВ: К чему это приведет?

А. КРАЙНИЙ: Я вам скажу, к чему это приведет.

А. ВОРОБЬЕВ: Государственная монополия на черную осетровую икру.

А. КРАЙНИЙ: На воспроизводство осетров как таковых, как рыбы, чтобы этим занималось только государство. К чему это приведет, очень просто, через 15 лет мы восстановим популяцию осетра. Тогда сможем разрешить рыбалку.

А. ВОРОБЬЕВ: Это притом, что вы тогда каким-то образом ужесточите ответственность за браконьерство.

А. КРАЙНИЙ: Конечно.

А. ВОРОБЬЕВ: И сможете обеспечить.

А. КРАЙНИЙ: Конечно, конечно.

С. БУНТМАН: Т.е. убираются наши эти чудесные взаимоотношения?

А. КРАЙНИЙ: Эти чудесные схемки.

С. БУНТМАН: Эти справочки, все эти самые разрешения, и вводится довольно жесткая система. Когда она сможет, вы говорите, через 15 лет, возможно при этом восстановить популяцию.

А. КРАЙНИЙ: Мы восстановим популяцию, да. А закон о госмонополии мы будем предлагать 31 августа на президиуме Госсовета в Астрахани, ввести такую меру, как госмонополия. Только на осетровых, я хочу подчеркнуть.

С. БУНТМАН: Только на осетровых.

А. КРАЙНИЙ: Это далеко, согласитесь, не предмет первой необходимости.

С. БУНТМАН: Да.

А. ВОРОБЬЕВ: Скажите, там же президент Путин будет?

А. КРАЙНИЙ: Да, естественно.

А. ВОРОБЬЕВ: Председательствовать. Известно ли, как вы считаете, насколько проходным будет ваш законопроект?

А. КРАЙНИЙ: Знаете, хороший вопрос. Я знаю, что, скажем, губернатор Астраханской области Александр Александрович Жилкин – горячий сторонник той же самой меры, что и мы предлагаем, дискуссия покажет, достаточно узкий круг участников. Посмотрим, сейчас рано загадывать. Но я бы на осетрах-то не останавливался.

С. БУНТМАН: Я тоже не хочу останавливаться на осетрах. Я напоминаю, что у нас в гостях Андрей Крайний, руководитель федерального агентства по рыболовству. Вы можете принимать участие в нашей передаче, естественно, вы посылаете смски, + 7 985 970 4545. И вполне возможно, что мы включим телефон 363 36 59. Пока же у меня такой вопрос. Вы сказали, что основное – это внутреннее браконьерство, но как говорят, Дальний Восток во всех этих приграничных территориях, что существует использование и международными браконьерами, просто использование, необязательно японская шхуна с панамским флагом и чем-нибудь еще, существуют наши, которые вполне охотно и с выгодой большой для себя работают на того, кто больше даст, с кем легче пройти. Или как?

А. КРАЙНИЙ: Знаете, там не совсем так. Что служит причиной браконьерства? У браконьерства всегда экономические причины. Говорить о том, что весь народ поголовно вороват, это неправда.

С. БУНТМАН: Нет, есть…

А. КРАЙНИЙ: Есть экономические причины, почему это выгодно, потому что в последнее время, к сожалению, в последнее время – я имею в виду в последние годы, честно работать становилось все труднее и труднее, потом стало абсолютно невозможно. Что я имею в виду, рыбаки ловят рыбу в море на основании долей, которые они получают. Доли эти закрепляются на пять лет. И когда государство наделяло долями рыбаков, условно говоря, 100% - это квота, которую можно выловить. Наука говорит – можно выловить миллион тонн минтая, цифра точная, не к примеру, у нас сложилось таким образом, что судов средне- и крупнотоннажных, которые ловят минтая, около 1100. Если вы разделите одну цифру на другую, вы получите сумму 1000 тонн на одно судно. Нормальная нагрузка экономическая, чтобы было выгодно вам, судовладельцу, жить и работать, 2.5-3 тыс. тонн на одно судно. Т.е. если вам государство дает право на вылов 1000 тонн, если вы честный человек, у вас концы с концами не сойдутся, вы разоритесь. Поэтому вы берете 3 000, т.е., выдавая разрешение на промысел, мы фактически выдаем разрешение на браконьерство. Понимаете, вы зависимы от ситуации экономической. Более того…

С. БУНТМАН: Экономически мы даем, поясним, мы даем разрешение рыбаку с его судном, чтобы он свел концы с концами.

А. КРАЙНИЙ: Де-факто.

С. БУНТМАН: Не работал, де-факто получается, что мы ему даем разрешение выловить больше, чем это возможно.

А. КРАЙНИЙ: Не де-юре, а де-факто.

С. БУНТМАН: Да, де-факто.

А. КРАЙНИЙ: Более того, рыбаки наши на Дальнем Востоке попали в зависимость от японских и южнокорейских банков. Они кредитуются под «Путину» заранее, перед «Путиной», для того, чтобы купить топливо, для того, чтобы выплатить зарплату, для того, чтобы купить промвооружение и т.д. И они вынуждены отдавать, отдают они рыбой. И когда на рынках Востока, Кореи, Японии и Китая цена падает, а она падает потому, что все перелавливают и все везут продукцию туда, то, соответственно, вам приходится, у вас замкнутый круг, чтобы отдать те 2-3 млн. долларов, вам приходится, условно говоря, не 2 тыс. тонн минтая, а 4, потому что цена упала на рынке, понимаете? Круг замкнулся. Поэтому есть совершенно четкие меры. Да, потом, кстати сказать, самое удивительное. Знаете ли вы о том, что у нас существует две зоны, это терводы РФ, 12-мильная зона, где граница, и 200-мильная зона.

С. БУНТМАН: И 200-мильная, так.

А. КРАЙНИЙ: Как только вы вышли за 12 миль и ловите рыбу, вы формально, де-юре, находитесь не на территории РФ, и вы рыбу можете везти, куда хотите, не уплачивая никаких налогов и пошлин, понимаете? И практически бесконтрольно, практически. Т.е. есть пограничники, которые должны следить, но, во-первых, пограничников мало, а рыбаков много, а, во-вторых, в море встретились вы с пограничником, а дальше уж все зависит от степени вашей аргументации и вашей убедительности.

С. БУНТМАН: Понятно.

А. ВОРОБЬЕВ: Или их.

А. КРАЙНИЙ: Или их.

А. ВОРОБЬЕВ: Убедительности.

С. БУНТМАН: Да.

А. КРАЙНИЙ: Мы создали условия для браконьерства. Сегодня что надо сделать, несколько очень простых вещей, мы должны привести в соответствие то количество рыбы, которое мы можем добыть в Беринговом море и в Охотском, это самые главные наши моря, там 80% рыбы, тоже, кстати, парадокс такой географический. Рыба живет на востоке, а народ на западе, в России. У нас 85% населения в 25 субъектах федерации на западе, 85% рыбы – на востоке, в безлюдных, в общем-то, местах. Так вот, мы должны привести в соответствие тот миллион тонн, скажем, минтая, если говорить о минтае, с тем количеством флота, которое способно и должно выловить эту рыбу. Тогда все будет нормально.

С. БУНТМАН: Что, люди разорятся тогда?

А. КРАЙНИЙ: Нет, не разорятся люди. Они должны…

С. БУНТМАН: Уменьшится флот?

А. КРАЙНИЙ: Флот станет меньше, у нас флот избыточен. Мы все время слышим такие мифы, что у нас, это не миф, но мы говорим – у нас флот стареет, у нас ветшает, это правда все. Но при этом при всем, у нас флота сегодня больше, чем нужно. Что я имею в виду, мы прижались к берегу, мы сегодня, великая морская держава стала державой фактически прибрежного лова. Мы не идем в океан, там, где ловили когда-то, поэтому у нас и выловы упали в три раза.

С. БУНТМАН: Почему не идем?

А. ВОРОБЬЕВ: Почему не идем, действительно?

А. КРАЙНИЙ: Дорого, дорого, нужен новый флот, высокотехнологичный, нужны новые пароходы, нужны пароходы, работающие на другом топливе. Сегодня современные суда работают на топливе, я вам скажу, ИФО-380, это вам ничего не скажет, но, чтобы вы понимали, это почти битум, судовое топливо – почти битум. Т.е. специальные котлы для разогрева существуют. При нынешних ценах на дизтопливо, понимаете, да? Дизельный двигатель. Нет сегодня такой рыбы, которую было бы выгодно ловить на судне с дизельным движком, невозможно.

С. БУНТМАН: Понятно.

А. КРАЙНИЙ: Только если икру в банках, уже готовую, может быть. Словом, поэтому мы прижались к берегу, государство, к сожалению, проводит фискальную политику по отношению вообще к отрасли.

С. БУНТМАН: То есть?

А. КРАЙНИЙ: Две цифры: рыбаки заплатили в 2006 году в консолидированный бюджет 21 млрд руб., а получили из бюджета разными формами 6 млрд, вот и все.

С. БУНТМАН: Что получается, государству выгодны эти самые, дикий лов, дикое количество судов? Значит, большие поступления, получается?

А. КРАЙНИЙ: Нет.

С. БУНТМАН: И бог с ним, давайте не решать проблему?

А. КРАЙНИЙ: Нет, государству это абсолютно невыгодно, просто до последнего времени не было внятной госполитики. Вы обратите внимание, в этом году заговорили так, по-настоящему, не на кухнях, не огульно обвиняя всех рыбаков в том, что они браконьеры. Тон задал, как обычно, президент в послании федеральному собранию, и пошло-поехало на всех уровнях.

С. БУНТМАН: Здесь я бы не согласился, достаточно давно идет и дискуссия, и достаточно серьезные требования, они идут и из думы, людей, которые этим занимаются, они все время подводят и подводили, правительства к…

А. КРАЙНИЙ: Сережа, мы говорим с вами о людях, которые решения принимают.

С. БУНТМАН: Ага.

А. КРАЙНИЙ: Не об общественном мнении.

С. БУНТМАН: Потому что мнение все время подпирало, нормальное, здравое мнение все время подпирало и Дальний Восток, чтобы решались проблемы.

А. КРАЙНИЙ: Возможно, это общественное мнение дошло до точки кипения, вылилось в такие…

А. ВОРОБЬЕВ: Стали заниматься власти, да.

С. БУНТМАН: Власть обратила внимание на это, потому что раньше были довольно странные решения.

А. КРАЙНИЙ: Совершенно…

С. БУНТМАН: Переводилось шило, переводилось на место мыла, мыло на шило, все оставалось…

А. КРАЙНИЙ: Такое шараханье.

С. БУНТМАН: …точно также.

А. КРАЙНИЙ: Я вам приведу еще один пример, который свидетельствует о том, что у государства до последнего времени не было даже внятной кадровой политики. У нас за 10 лет федеральное агентство по рыболовству побывало, не за 10, за 15, и министерством, и госкомитетом, и департаментом в Минсельхозе, и потом опять комитетом, теперь агентством. За это время сменилось 14 руководителей, 14. Департамент рыболовства Норвегии за 105 лет, там поменялось 9 человек, руководителей.

С. БУНТМАН: Может, они дольше живут, люди там?

А. КРАЙНИЙ: Во-первых, они там дольше живут, потому что больше рыбы едят, кстати сказать, но более внятная политика у государства. Оно ее сформулировало однажды, ее придерживается. Сегодня мы ее пытаемся.

С. БУНТМАН: Кстати, о Норвегии, я напоминаю, Андрей Крайний у нас в гостях, Андрей Анатольевич, вы сказали, что мы понимаем несколько по-разному ситуацию, понимаем некоторые правила, наверное, по-разному, с Норвегией. Это возникло во время того знаменитого конфликта, у нас возникла история с подписанием, видением документов, разделением прав, вод и т.д. Сейчас мы как-то взаимно стремимся к одинаковому пониманию? Нужно ли одинаковое понимание?

А. КРАЙНИЙ: Вы знаете, нам нужно найти консенсус какой-то, потому что, к сожалению, мы на многие вещи смотрим по-разному, хотя мы о многом договорились, ловим взаимно, они у нас, мы у них. Но, скажем, есть такой предмет или такая вещь, о которой мы договориться не можем. Допустим, элементарно, почему у нас задерживают рыбаков наших, в частности, мы говорим о том, что треска размером 44 см – это абсолютно уже нормальная, взрослая рыба.

С. БУНТМАН: А у них?

А. КРАЙНИЙ: Они говорят – нет, 47. По одной простой причине, у нас, как вам сказать, в наших водах территориальных, в зоне исключительной экономической треска молодая, она нагуливает, а потом уходит к ним, становясь уже взрослее и больше по размерам, соответственно. Поэтому им выгодно, чтобы мы не ловили у себя, отпускали ее к их берегам, а там ловили по их, хитро. Вы знаете, присказка, о чем бы с вами ни говорили, помните, речь всегда идет о деньгах, так что это не совсем, не только о рыбе.

С. БУНТМАН: А как здесь можно договориться?

А. КРАЙНИЙ: Искать консенсус, договариваться, искать взаимовыгодные решения, в конце концов, мы можем, как только мы начнем осознавать свои интересы, как и в других областях, поверьте мне, нам легче будет с ними договориться. Что я имею в виду под своими интересами, очень простой пример. 44% флота Северного бассейна, это Мурманск, находится в порту Киркенес, норвежском. И в порт Мурманска не возвращаются по одной простой причине, как только вы отремонтировали свой пароход на Западе и купили там ЗИП, вы в российский порт если вернетесь, будете платить 24%, НДС и пошлина. Хотя все эти корабли были построены в свое время на западных верфях и у нас нет возможности их ремонтировать, и ЗИПа нет, закон суров, но это закон. Таким образом, что произошло. Мы взяли и почти половину своего флота вытолкнули в Норвегию. У нас сегодня мурманские рыбаки…

С. БУНТМАН: Опять фискальная политика такая?

А. КРАЙНИЙ: Конечно. У нас мурманские рыбаки на автобусе ездят в Киркенес, экипажи меняются. А что такое отстой судна в порту, это же деньги.

С. БУНТМАН: Конечно.

А. КРАЙНИЙ: Понимаете? Так вот, когда мы осознаем свои интересы и то, что мы предлагаем, применим, назовем это амнистией таможенной для наших судов, если уж мы людям, которые налогов не платили, разрешили: заплати 13% и спи спокойно, не обсуждая, скажем, этой темы, просто обозначив ее, то, наверное, мы можем нашим пароходам дать возможность вернуться беспошлинно, тогда у норвежцев, я бы сформулировал так, дырочка в бюджете появится, и немаленькая. Мы же туда и улов сдаем, на ту сторону. А как только мы станем привлекательными, наши порты, возможно, они и сговорчивее станут.

А. ВОРОБЬЕВ: А, возможно, у них возраст рыбы уменьшится.

А. КРАЙНИЙ: Тоже может быть, рыба стремительно молодеет, да.

С. БУНТМАН: Рост.

А. КРАЙНИЙ: Да, но там, где возраст, там и размер.

С. БУНТМАН: Да, возраст-размер. Вы знаете, под конец у меня такой вопрос, я прошу прощения, мы только читаем смски, сейчас давайте телефона не будет, а мы зададим вопрос. Смотрите, наплевать, как здесь очень много пишут, наплевать, откуда, какая рыба, зачем рыба, лишь бы она была доступная, нормальная, у меня в магазине. Бог с ним, с браконьерами, пусть это хоть марсиане ловят со своими антеннами и т.д., главное, чтобы у меня это было, у россиянина было в магазине, в бюджете – полезная, богатая фосфором рыба.

А. КРАЙНИЙ: Омега-3, Омега-6, нет, там очень полезная, действительно, незаменимые аминокислоты и т.д. Что я могу сказать, с точки зрения обывателя, абсолютно правильно, какая ему разница. С точки зрения государства, не абсолютно все равно, совсем не все равно. У нас сегодня импорт составляет 35%, специалисты говорят, 25 – критично, дальше начинается зависимость. Мы сегодня, кстати, как и лесники, на экспорт поставляем кругляк, только у нас он называется колодка. Т.е. рыба с головой, мороженая и все. А назад получаем зачастую нашу же собственную рыбу, т.е. переработанную, красиво упакованную, ровно в четыре раза дороже, понимаете? Российское государство в состоянии обеспечить своих граждан продукцией недорогой, доступной по цене, в любом ассортименте, просто в любом.

С. БУНТМАН: А гражданину это будет выгоднее?

А. КРАЙНИЙ: Это будет дешевле, чем импорт.

С. БУНТМАН: В этом есть еще цель. Да, кстати, в скобках, Виталий спрашивает, что такое ЗИП.

А. КРАЙНИЙ: ЗИП – запасные части и инструменты.

С. БУНТМАН: Инструменты, понятно. Смотрите, если мы в перспективе, скажем так, тактически я как обыватель прав, стратегически, наверное, получается, что я не прав, да?

А. КРАЙНИЙ: Нет, вы как потребитель правы всегда, только я не представитель торговли, а представитель федеральной органа исполнительной власти. Я вам скажу, вы имеете право всегда, придя в магазин, получить доступную рыбу в большом ассортименте, а я должен сделать так, чтобы она была отечественной.

А. ВОРОБЬЕВ: У тебя как у гражданина России должно быть право прийти и потребовать смены власти, которая не обеспечивает тебе это.

С. БУНТМАН: Нет, это я на выборах должен.

А. ВОРОБЬЕВ: Разумеется.

С. БУНТМАН: Я очень люблю эту книжку, она называется конституция, я ее обожаю. Скажите, пожалуйста, последний вопрос, буквально 10 секунд, какие, первоочередную какую бы вы сказали меру, одну-две, какие из них реальны все-таки? Вы говорили о законах, вы говорили и об изменении фискальной политики, что реально можно, в реальной перспективе сделать?

А. ВОРОБЬЕВ: Очень коротко, тезисно.

А. КРАЙНИЙ: Совсем тезисно, мы должны создать экономические условия для того, чтобы было выгодно работать честно, и после этого для тех, кто честно работать не будет, предложить смену профессии. Не можешь честно ловить рыбу, иди пили лес.

С. БУНТМАН: Т.е. первое, условия?

А. КРАЙНИЙ: Сначала условия экономические.

С. БУНТМАН: Условия, закон, налоги и т.д.

А. КРАЙНИЙ: Да.

С. БУНТМАН: Давай, можешь работать?

А. КРАЙНИЙ: Да, не можешь, репрессивный аппарат включается.

С. БУНТМАН: Понятно, вот такая последовательность. Спасибо большое, Андрей Анатольевич Крайний, руководитель федерального агентства по рыболовству. Будем обращаться.

А. КРАЙНИЙ: За рыбой.

С. БУНТМАН: За рыбой, да.

А. ВОРОБЬЕВ: За интервью.

С. БУНТМАН: Хорошо, спасибо.

А. КРАЙНИЙ: Спасибо.

Читайте также:

28.06.17 В Калининградском рыбном порту побывала делегация Исландии

В Калининградском рыбном порту побывала делегация Исландии

В Калининградском рыбном порту побывала делегация Исландии


23.06.17 «Калининградский морской рыбный порт» готовится отметить юбилей

«Калининградский морской рыбный порт» готовится отметить юбилей

«Калининградский морской рыбный порт» готовится отметить юбилей


08.06.17 На территории порта прошли съёмки фильма

На территории порта прошли съёмки  фильма

На территории порта прошли съёмки фильма


01.06.17 4 июня барк «Крузенштерн» снова ошвартуется в родном порту

4 июня барк «Крузенштерн» снова ошвартуется в родном порту

4 июня барк «Крузенштерн» снова ошвартуется в родном порту


10.05.17 Субботник в порту

Субботник в порту

05 мая в Калининградском рыбном порту прошел традиционный субботник.


05.05.17 С праздником Великой Победы!

С

Коллектив ФГУП «Калининградский морской рыбный порт» поздравляет с праздником Великой Победы!!


25.04.17 «Крузенштерн» начинает навигацию

Парусник «Крузенштерн» начинает навигацию!

Легендарный барк «Крузенштерн» отправится из Калининграда в первый рейс в новом сезоне навигации.


14.04.17 Барк «Крузенштерн»: 50-лет работы под флагом Росрыболовства

Барк «Крузенштерн»: 50-лет работы под флагом Росрыболовства

Барк «Крузенштерн»: 50-лет работы под флагом Росрыболовства


12.04.17 День рождения Разинкина Игоря Борисовича!

С днем рождения, Игорь Борисович!

Коллектив ФГУП «Калининградский морской рыбный порт» поздравляет!


07.04.17 День селедки!

День селедки!

Музей Мирового океана приглашает всех, кто любит хорошо и с пользой проводить свой досуг, 8 апреля на традиционный праздник «День селёдки»!


Новости по темам

Rambler's Top100